Молдова превратилась в территорию бедствия, стала крупным инфекционным очагом в Европе. Здесь встретились сразу две заразы: коронавирус и власть.

Марк Ткачук, один из руководителей партии Гражданский конгресс, в социальной сети фэйсбук ответил на вопрос «Что делать?» По мнению Ткачука, этот ответ понравится далеко не всем. По крайней мере, сейчас.

mark-tkaciuk

1. ЛИЧНОЕ

У меня нет и не было никакой личной позиции в отношении COVID19. Ее и быть не может. Я – научный работник. Как и всякий научный работник, я понимаю, что судить о таких вещах следует либо профессионально, либо молчать в тряпочку. Точнее, в марлевую повязку.

Конечно, можно рассуждать о том, что COVID19 – фейк, что «это все придумал Черчилль в восемнадцатом году», Бил Гейтс или спецслужбы мировой закулисы. Но лично у меня подобные конспирологические размышления кроме брезгливости не вызывают никаких иных чувств. Любопытство вызывал опыт Швеции и Беларуси. Но и этого любопытства было недостаточно даже на то, чтобы с ученым видом знатока принять чью-либо сторону и разразиться каким-то менторским комментарием в социальных сетях. Задним числом скажу – и слава Богу! Интуиция неспециалиста не подвела. Слишком уж хорошо известна непроходимая дистанция между текстами околонаучных популяризаторов и, собственно, наукой.

Учитывая, что COVID19 – вещь новая и плохо изученная – я с пониманием относился и отношусь к противоречивым рекомендациям эпидемиологов – носить-не носить маску, гулять-не гулять на свежем воздухе, надевать-не надевать перчатки. Делаю это ровно в соответствие с капризной эпидемиологической модой. Иными словами, я – дисциплинированный гражданин, подлинная опора власти. Я не кричу о необходимости открытия рынков и торговых центров, ни слова не сказал в поддержку бастующих рестораторов и владельцев отелей. У меня нет никакой позиции по этому вопросу. Ни личной, ни политической.

Сейчас, спустя 20 дней после отмены чрезвычайного положения, для меня ясны две вещи.

Первое – измученные безденежьем, отсутствием внятного представления о своем ближайшем будущем, лишенные элементарной государственной поддержки люди плюют на пандемию, на коронавирус, на санитарные меры безопасности и готовы скорее сдохнуть от пандемии, чем от голода.

Второе – коронавирус одержал триумфальную победу и над молдавской властью, и над молдавским государством, и над нашим обществом. Ежедневные цифры зараженных и погибших – свидетельство тому. А процент заболевших на 100 000 населения утверждает за Молдовой общеевропейский титул пандемического чемпиона.

И вот тут самое время перейти от личного к общественному, к собственно-политическому.

2. ПОЛИТИЧЕСКОЕ

В Молдове, конечно же, есть свои специфические причины столь драматического поражения перед лицом незваного коронавируса. Последние десять лет были отмечены особенно агрессивной политикой против всего того, что называется человеческим развитием – от здравоохранения до образования, от науки до просвещения. Все, что, хотя бы отдаленно, свидетельствовало о знаниях и образовательном потенциале, тут же измерялось деревянной линейкой экономической эффективности и без сожаления ликвидировалось. Школы и колледжи, больницы и медпункты – все это оценивалось под прицелом возможной рыночной целесообразности. И, если таковой не виделось в перспективе ближайших пары лет, то приговор был суров и предсказуем – «резать к чертовой матери».

Еще до пандемии Молдова была региональным лидером по туберкулезу, по детской смертности, по онкологическим заболеваниям, по социальным болезням. И это лидерство она завоевала в жесткой борьбе со всем тем, что изо дня в день поддерживало не просто цивилизационный уровень страны, но и уровень элементарный, гигиенический. Основа здравоохранения – профилактика – точно не может быть успешной в условиях интеллектуальной деградации, но в условиях целенаправленной деградации она может быть только провальной. И если вы закрываете школы, увольняете учителей, если вы уничтожаете Академию наук, то не ждите воодушевленного отклика граждан на призыв регулярно мыть руки и довольствоваться дистанционным обучением своих детей в вайбере. Вместо этого Вы получите социальные сети, полные постов и комментариев о фейковой пандемии, об антеннах 5G, о спасительных шапочках из фольги.

Как-то премьер Кику философски так заключил: мол, мы сейчас пожинаем плоды многолетней разрушительной политики в здравоохранении, закрытия больниц и низких зарплат медперсонала. Это был справедливый камень в огород бывшей власти, а теперь так называемой правой оппозиции, которая, кстати, так и не сумела предложить какой-то свой понятный план противодействия пандемии. Но, как говорится, из стеклянного дома камнями лучше не бросаться. И дело вовсе не в том, что сам Кику был частью этого правого правления и в облике плахотнюковского министра финансов не позволял себе подобных вольных суждений. Дело в том, что за несколько месяцев пандемии правительство Кику доказало, что ничем принципиально не отличается в своей политике от Санду, Филипа, Лянкэ или Филата. За исключением, быть может, личных качеств премьера, которые как-то сглаживали людоедский стиль всех молдавских правительств последнего десятилетия.

О чем, собственно, речь? Речь о том, что даже за последнее столетие человечество не первый раз сталкивается с эпидемиологическими угрозами. И не первый раз правительства оказываются перед дилеммой – спасать людей или экономику. Правильный ответ давным-давно известен. Спасать нужно людей. И не только по умолчанию, по понятным гуманистическим соображениям. Спасать нужно людей в том числе от того, что люди – по определению основная и базовая предпосылка для любой экономики. И там, где во время эпидемий спасали людей, легче выходили из карантинов, с меньшими потерями и быстрее восстанавливали экономический потенциал. А вот там, где спасали деньги – лишались и людей, и доходов.

Но что означает спасать людей? Вроде бы власть изо всех сил, жестко вводила ограничительные меры, штрафовала, требовала сидеть дома, а вот неразумные люди только и делали, что нарушали карантин. Да вот и сейчас, когда премьер требует от них соблюдения элементарных правил, объясняет, что больничных коек осталось на пять дней, они требуют Бог весть чего, а часто противоположного – снятия всех санитарных ограничений.

Но все дело в том, что спасать людей – это не означает просто загонять их в квартиры, запирать на замок, надевать маски, заставлять соблюдать социальную дистанцию. Лишив людей многих привычных вещей и свобод, необходимо было им хоть что-то дать. Нечто такое, что как-то компенсирует несомненный социальный шок, станет анестезией, болеутоляющим в условиях невиданного психологического и экономического стресса. Хоть что-то дать! Не какому-то там абстрактному бизнесу, а всем тем людям, которые от пенсионеров до олигархов должны были исполнить категоричное требование власти. Без этого никакие карантинные меры не сработают. Без этого – любой карантин – это не путь преодоления пандемии, а дорога в могилу. Для очень и очень многих – это вовсе не преувеличение.

А теперь перенесемся в первые дни карантина. Гражданский конгресс тогда выдвинул три требования властям.

По мнению Гражданского конгресса, власти должны в создавшихся условиях, во-первых, обеспечить население минимальным набором санитарно-гигиенических защитных средств, причем бесплатно пожилых, а также обеспечить их широкую доступность в сети аптек и торговле.
Второе: отмена на период ЧП всех платежей предприятиям ЖКХ, а равно налогов, сборов и прочих обязательных платежей в национальный консолидированный бюджет; перенос сроков уплаты налогов, сборов и прочих обязательных платежей за прошлый год, а равно и сроков оплаты медицинских полисов.
Третье требование касается отмены на период Чрезвычайного положения всех платежей по кредитам, включая сумму займов и разного рода процентов, полученным как физическими, так и юридическими лицами.

Из всех этих требований власть сумела лишь частично обеспечить исполнение первого условия, превратив средства защиты в доходный и доступный товар. А вот на все остальное ни власть, ни эта мелкотравчатая парламентская оппозиция, естественно, не обратили никакого внимания. Разве что несколько авторитетных экспертов предсказуемо осудили требования Гражданского конгресса, как популистские и безграмотные.

Власть тогда сделала свой выбор. Она бросила ситуацию на самотек, бросила людей выживать самостоятельно, но твердо защитила бизнес-интересы непрозрачных структур энергетического и коммунального секторов, банковскую прибыль и сверхдоходы кредитных организаций. И сегодня, когда пандемия в Молдове только лишь разрастается, уже ясно, что власть пропустила единственный шанс остановить эту беду. Пусть путем временного игнорирования других болезней и напастей, пусть ценой невиданных жертв среди медперсонала. Все эти жертвы оказались напрасными и бесполезными. В первую очередь от того, что власть в условиях пандемии спасала не людей, а деньги.

Там, где власть действовала иначе, мы видим совершенно иную статистку. Нет, я не про действия властей в США или Франции, оказывавших в период карантина широкую финансовую поддержку гражданам. Такие сопоставления в наших широтах давно не работают. Приведу один пример – пример Грузии. Страна с населением в 3, 7 миллиона человек. Высочайший авторитет церкви. Те же вопросы с Пасхой и поминальными днями. Та же бедность при любви к широким застольям на природе. Все очень похоже.

Непохожи только действия властей. С первых дней — однозначное восприятие самой угрозы, а, с другой стороны, жесткость и решительность в противодействии ей. Отмена всех авиарейсов уже в конце февраля. Жесткий карантин, комендантский час, закрытые школ и детских садов еще с начала марта. Когда молдавские социалисты Додона и оппозиционеры Санду совместно создавали рукотворный очаг пандемии в Хынчештах, в Грузии уже была остановлена мобильность граждан. Да, конечно же, еще вводились штрафы, правда, в два раза ниже молдавских. А вот результаты. Заболевших – 601 человек, против 9 000 в Молдове. Умерших в Грузии – 13 человек. Против — 323 в Молдове. Грузия плавно выходит из карантина. В стране открываются рестораны. А с 1 июля страна готовится принимать туристов.

Но все эти жесткие и решительные действия власти вряд ли дали бы эффект, если бы правительство этой страны не протянуло руку помощи всем своим гражданам. Правительство Грузии взяло на себя оплату жилищно-коммунальных услуг граждан за три месяца карантина. Еще 610 миллионов долларов власти направили на поддержку непрерывности и бесперебойности целых бизнес-отраслей, а также сохранения действующего персонала.

Нет, в Грузии пока еще не победила политическая партия Гражданский конгресс. Просто, как очередной раз выясняется, мысли совпадают отнюдь не только у дураков. Когда мы формулировали свои требования к этой власти, мы не руководствовались каким бы то ни было успешным международным опытом. Тогда, в марте такого опыта просто не было. Мы руководствовались лишь тем, что известно нам и давным-давно является азбучной истиной: люди – это не иждивенцы, не какие-то там нищеброды, все время отвлекающие власть своими прозаическими требованиями от высокой поэзии государственного служения. Люди – это не только добрая цель, но и единственный ресурс достижения цели. Ресурс, который можно только умножать, которым нельзя жертвовать.

Для молдавской политэкономии эта истина остается все еще остается недоступной для понимания кейнсианской ересью. В приходно-расходных книгах местных счетоводов, называющих себя экономистами, люди по своей важности следуют где-то далеко после недвижимости, банковских активов и уж конечно черных кульков с черным налом.

3. ЧТО ДЕЛАТЬ? ПРЕДСКАЗУЕМЫЙ ОТВЕТ

Перед лицом неуклонно-растущего пика пандемии и молдавская власть, и ее близнец – парламентская оппозиция — выглядят одинаково беспомощно. Экономический нокаут таков, что эта оппозиция даже не особо стремится поменяться с властью местами. И это, не считая катастрофы в образовании, не считая угрожающей статистики тех заболеваний, излечение которых было отложено на время карантина.

Трудно себе представить обстоятельства, при которых этой власти хватит авторитета вновь загнать людей в карантин. Власть упустила единственный шанс на это. Да ее сейчас пандемия интересует куда меньше, чем три месяца назад. Все ее силы, силы всех парламентских политиков брошены исключительно на президентские выборы, на борьбу друг с другом.

Если бы это была война на самоуничтожение, мы могли бы в сторонке потирать ладошки и ждать заветной чашечки кофе. Но в нынешних чрезвычайных условиях эта боярская поножовщина оказывается войной против большинства людей, до последнего гражданина, до полного политического банкротства молдавской республики.

Что же делать в этих условиях?

Ответ непопулярен. И многих он точно не удовлетворит. По крайней мере сейчас, в эти дни. Но я, все же, его сформулирую в самом простом виде.

Коронавирус – это, понятное дело, тяжелейшая из проблем, самая неприрученная из всех болезней. Но если в прочих странах этот вызов оказался достаточно преодолимым, то в нашем молдавском случае коронавирус просто пополнил список прочих гибельных, смертельных, неизлечимых испытаний. Какая из них страшнее? В принципе – уже любая.

И тут уже нельзя обойтись без обобщений, окончательных выводов. Ни с одной из известных бед – от туберкулеза до зашкаливающей детской смертности, от ядовитой питьевой воды до всеобщей нищеты – мы не справимся, пока не одолеем самую главную проблему – эту власть. Она – причина болезни. Она – и есть сама болезнь. Она – и есть пандемия.

Пандемии невежества, тупости и жадности нужно противопоставить то, чего она более всего боится – дневной свет совместного, массового, организованного сопротивления.

Это срабатывает везде. Это – выход. Выход безотказный и конструктивный. Окажемся ли мы способны одолеть эту напасть раньше, чем окончательно сгинем от какого-то очередного повального мора? – Вопрос исключительно к нам.

БЕСКОНЕЧНЫЙ COVID И КОНЧЕНАЯ ВЛАСТЬ.1.ЛИЧНОЕ.У меня нет и не было никакой личной позиции в отношении COVID19. Ее и…

Опубликовано Mark Tkachuk Пятница, 5 июня 2020 г.