В российском «Коммерсанте» началась публикация цикла статей, посвящённых истории сопротивления и протеста. Мы, без сомнения, назвали бы этот цикл антропологическим. Увлекательный научный рассказ в доступном изложении с множеством интересных примеров. Будем надеяться, что следующие статьи из этого цикла, будут не менее содержательными. Публикуем лишь небольшой отрывок. Полный текст можно найти по ссылке на источник.

Бунт и революция в аграрных обществах
Фрагмент росписи мексиканского художника-коммуниста Давида Альфаро Сикейроса.

Как крестьяне боролись с землевладельцами

Классовая борьба — это не всегда восстание и революция. В доиндустриальную эпоху крестьяне сопротивлялись лендлордам по-другому. А успех борьбы во многом зависел от аграрных техник и транспортной доступности.


АЛЕКСАНДР ЗОТИН, старший научный сотрудник ВАВТ


«Коммунисты считают презренным делом скрывать свои взгляды и намерения. Они открыто заявляют, что их цели могут быть достигнуты лишь путем насильственного ниспровержения всего существующего общественного строя» — такими словами заканчивают Карл Маркс и Фридрих Энгельс «Коммунистический манифест», которому в этом году исполняется 170 лет.

Оружие слабых

Однако 99,9% классовой борьбы вовсе не революции. Открытый протест — роскошь и редкость, которую власти редко когда допускают. В основном борьба идет в скрытой, «презренной» форме. Американский антрополог Джеймс Скотт называл такое поведение оружием слабых. В экономическом противостоянии это по большей части скрытые действия, «рутинное сопротивление»: саботаж, мелкое воровство, обман, брак, порча имущества (луддизм), уход с работы. В политическом смысле все то же самое плюс уклонение от налогов и рекрутской повинности, дезертирство, бегство в места, где государственный контроль слаб, для интеллигенции — использование эзопова языка и попытка культурной гегемонии в обществе.

«Рутинное сопротивление» обходится без лидеров, протестов, лозунгов и транспарантов.

По словам Скотта, его можно сравнить с упрямством запряженного в ярмо буйвола или с попыткой собаки украсть еду со стола.

Впрочем, иногда слабые становятся способны (либо от отчаяния, либо от осознания собственной силы) и на открытые совместные и организованные действия: отказ от налогов и других конфискаций, луддизм, забастовки, требования экономических и политических уступок, демонстрации, бунт, революция. Плодов которой, впрочем, слабые часто лишаются: победившие революционеры сами становятся сильными…

Читать далее на сайте «Коммерсанта«.