Статья в блогосфере о роботизированных гибких производствах в начале 80-х годов, техническом прогрессе и возможной демеханизации тяжёлых производств в наше время. 

В дополнение разговора о роботах и их месте в современном обществе, а также о том, насколько далеко продвинулся прогресс за последние десятилетия и продвинулся ли вообще, хочу привести одну из статей начала 1980 годов.

На самом деле, в этот период подобных материалов было очень много – включая детскую литературу, где достаточно подробно (!) рассказывали о современных методах производства. Было даже что-то вроде «кибернетики детям», с рассказом о том, что же представляет из себя процесс управления в станках с ЧПУ (!). А уж в научно-популярной литературе и у нас, и за рубежом, указанная тема на рубеже 1970-1980 годов была мейстримом. (Впоследствии это даст известную «робототехническую волну» в фантастике, закончившуюся «восстанием машин» и символическим уничтожением их. Отражающем, впрочем, «уничтожение» — то есть, прекращение развития – реальное.) В качестве примера тут я приведу статью, отпечатанную в журнале «Наука и жизнь» №8 за 1983 год. Она посвящена тому, что тогда именовалось «гибкое автоматизированное производство» (ГАП). Кстати, не помню, читал ли я ее в свое время – разумеется, позже 1983 года, в архиве отцовских – но, в целом, хочу сказать, что указанный тип производства не являлся для этого времени диковинкой. Данное ГАП широко обсуждался в прессе и на ТВ вплоть до начала Перестройки, когда было вытеснено – вместе с другими похожими темами – совершенно иной информацией.










Этот тип производства представлял собой совокупность станков с ЧПУ — включая обрабатывающие центры — промышленных роботов разнообразного типа, автоматических тележек-спутников (интересно, как они называются сейчас), и управляющей ЭВМ. Все это, объединенное в единый комплекс, гипотетически позволяло обеспечить безлюдное или почти безлюдное производство высокой степени гибкости. (То есть, позволяющее очень быстро менять вид производимой продукции.) Для советской экономики, испытывающей очевидную проблему с величиной рынка сбыта, подобное качество было жизненно необходимым. И, в конечном итоге, это привело к тому, что заниматься гибким автоматизированным производством начали еще в конце 1970 годов – тогда, когда стало понятным, что применение управляемого ЭВМ оборудования может привести к решению указанной задачи. (Поэтому в приведенной статье приводятся не просто перспективы развития данного направления – напротив, там даются отсылки к реально работающим технологическим комплексам.)

То есть, для 1983 года и ОЦ, и роботы, и «спутники» являлись пусть новым – но уже освоенным этапом развития. И в ближайшем будущем ставятся задачи получить не просто возможность гибкой автоматизации отдельных производственных участком – как упомянутый цех Днепропетровского электровозостроительного завода – но крупных промышленных систем, вплоть до целых заводов. Охватывающих весь цикл – от разработки новых конструкций при помощи САПР (так же к началу 1980 годов не являющихся диковинкой) – и до отгрузки готовой продукции. Причем, разумеется, не просто так – а с явной экономической выгодой, позволяя компенсировать уже очевидное в то время демографическое изменение общества. В общем, советское общество — несмотря на то, что язва «застоя» в это время уже охватывала его значительную часть — все еще оставалось достаточно «проектным», сохраняющим реальный потенциал к развитию.

Реформы Горбачева остановили внедрение промышленных инноваций

Правда, это относилось лишь к определенной его части, в основном связанной с производством. Что касается остального – а, в особенности, руководства страны – то тут ситуация была намного хуже. (Особенно плохо было с партийными органами.) Недаром указанное гибкое автоматизированное производство оставалось актуальным где-то до 1986 года, то есть, до того, как Горбачев не принялся активно реформировать страну. С известным результатом. Впрочем, тут нет смысла рассматривать состояние советского общества – речь ведь идет о другом. О том, что в указанный период переход к полностью автоматизированному производству технически был полностью возможен. Практически все системы были не просто реализованы в «железе», а уже отработаны и «обкатаны». Причем, и у нас, и за рубежом — в статье есть ссылки на зарубежный опыт. (Но и там, где никакого Горбачева не было и в помине, указанное развитие было вскоре остановлено.)

Вопреки мнению большинства современных «технологических оптимистов», практически все, что реализуется сейчас (в очередной раз) в автоматизированных производственных комплексах, вполне работоспособно было и тридцать лет назад.

Так что, считать, что основанием для прекращения развития робототехники стали какие-то технические проблемы, которые были серьезными тогда – но разрешились сейчас, нельзя. Вопреки мнению большинства современных «технологических оптимистов», практически все, что реализуется сейчас (в очередной раз) в автоматизированных производственных комплексах, вполне работоспособно было и тридцать лет назад. Более того, основная масса проблем тогда – равно как и сейчас – у данной разновидности оборудования проистекала вовсе не из-за несовершенной электроники. (Хотя с чего это электронику 1980 годов считать несовершенной? Вот мощности, достаточной для динамичного отображения 3д графики не было – это да. Но в плане решения большинства задач, связанных с управлением техпроцессами, она вполне справлялась.) А из-за необходимости наличия сложных механических устройств. Все эти многокоординатные манипуляторы, сменные магазины, транспортные тележки и т.д., и тогда и сейчас представляют собой ни что иное, как множество приводов и подшипников. С соответствующим поведением в плане наработки на отказ. (В статье об этом как раз сказано.)

А в данной область за прошедшее время не сделано ровным образом ничего. То есть, сложная и прецизионная механика 2017 года так же требует квалифицированного и дорогого обслуживания, как сложная и прецизионная механика 1983 года. Впрочем, нет, есть одна тонкость, ставшая возможной только теперь: развитие электроники и информационных технологий позволило производителям полностью «закрыть» доступ к системам для всех, кроме «своих» специалистов (вплоть до того, что даже перемещать станки стало невозможно) – что еще больше подняло цену на обслуживание. Но на фоне всех прочих устремлений современных людей драть больше денег за меньшую пользу – единственное, в чем мы обогнали наших предков – эта особенность выглядит крайне незначительной мелочью. Что же касается всего остального, то способы решения проблем остались прежними – а именно, или применение более дорогостоящих решений, или снижение качества работы, уровня прецизионности и
т.д., или уменьшение времени наработки на отказ.

В данной области за прошедшее время не сделано ровным образом ничего. То есть, сложная и прецизионная механика 2017 года так же требует квалифицированного и дорогого обслуживания, как сложная и прецизионная механика 1983 года.

Роботы-строители не заменят дешёвый труд мигрантов

Кстати, именно поэтому ко всевозможным «уличным роботам» надо относиться с крайней долей осторожности. Дело в том, что, работая в крайне агрессивной среде, они должны быть или сверхдорогими, или малонадежными. Особенно это касается оборудования на стройке. Эта особенность всегда приводит к тому, что при малейшей возможности данная область скорее будет заполнена дешевыми рабочими, нежели дорогими машинами. Что мы, к примеру, наблюдаем в современной РФ, где в указанной области, в так же в связанных с ней дорожном строительстве и т.д. — предпочитают разного рода «трудолюбивых мигрантов» разного рода «умным машинам». То же самое относится и ко всему миру – за исключением тех стран, где действуют жесткие ограничения в плане гастарбайтерства или есть поддержка «своих» работников. Но и в этих местах, понятное дело, данная ситуация не вечна – в том плане, что или указанная поддержка будет обязательно снята (что, например, происходит в Европе через использования «института беженцев»), или плата «местным» уменьшится. Поэтому в данных отраслях мы в ближайшее время увидим скорее «демеханизацию», нежели автоматизацию.

Впрочем, это относится не только к стройке. Хотя реального состояния производства мы, скорее всего, не увидим – поскольку СМИ будет и дальше потчевать нас иллюзиями «неуклонного развития». Более того, количество демонстрационных моделей будет резко возрастать – что связано с неуклонным ростом «презентационного характера» современной экономики. Что же касается реального производства, то после некоторого взлета автоматизации, связанного с «реиндустриализацией», а так же с попытками преодолеть экономический кризис путем вливания значительных средств – что происходит сейчас, к примеру, в Китае — наступит неизбежная стагнация. С дальнейшим возвратом ко всему тому, что реально соответствует имеющимся производственным отношениям.

И будь я конспирологом, то обязательно бы отметил тот факт, что указанные «страшилки» относительно того, что «роботы вытеснять всех рабочих» являются ни чем иным, как специально запущенными слухами, призванными скрыть реальную проблему будущего. А именно – неизбежное массовое обнищание населения и падение реальных зарплат. Поскольку они очень удобны в указанном плане. Будешь возмущаться низкой зарплатой – тебе скажут: радуйся еще, что имеешь работу, а то вообще тебя выбросим и автомат поставим! Но я не коспиролог, и прекрасно понимаю, что причина всего этого вовсе не в «тайных планах» и хитроумности хозяев мира, а абсолютно в ином. О чем, впрочем, надо говорить отдельно.

Время роботов и автоматов придёт. Но в совершенно ином мире

Впрочем, если говорить о более далеком временном горизонте, то время роботов и автоматов, разумеется, придет. Но в совершенно ином мире, мире, где все эти «страшилки» будут невозможны просто по определению. И служить они будут, конечно же, улучшению жизни человека, реализации его глубинных потребностей и прочим гуманистическим целям.

Источник: anlazz, 27 апреля 2017 г.


ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:

Передовое роботизированное производство и жёсткая эксплуатация на заводах Маска